Цитируем документы и воспоминания об уничтожении мирных граждан на Берестовитчине и борьбе с бандитизмом

Помним свою историю

Все дальше уходят от нас мрачные дни немецкой оккупации. Многие события и факты Великой Отечественной забываются. Но сохранились документы тех лет – свидетельства и воспоминания очевидцев, журналы боевых действий партизанских отрядов, допросы немецких пленных, акты комиссий Чрезвычайной государственной комиссии по ущербу и жертвам в различных регионах Беларуси. Частично они были опубликованы. Например, некоторые интересные сведения, касающиеся Берестовитчины, можно встретить в книгах «Трагедия белорусских деревень (сборник документов)» под редакцией Натальи Кирилловой и Вячеслава Семенова; «Гродненщина накануне и в годы Великой Оте­чественной войны.1939-1945» (По документам гродненских архивов), ГОУПП «Гродненская типография»; сборник документов и материалов «Без срока давности. Гродненская область»; «Доўгія вёрсты вайны», ТАА “Юрсапрынт”. Эти издания сегодня очень важны, ведь без знаний о нацистских преступлениях, о геноциде против народов СССР невозможна память о Великой Отечественной войне.

Новый шеститомник сборников документов «Без срока давности. Беларусь» – это, по сути, подробнейшая, составленная на основании подлинных документальных свидетельств, история нацистского геноцида в отношении населения Беларуси. Сборник имеет большую научную и практическую ценность, ведь там представлены уникальные архивные документы, многие из которых опубликованы впервые. Сведения, представленные в издании, будут полезны историкам, архивистам, краеведам и всем, кто интересуется историей Беларуси.

Злодеяния оккупантов

Согласно Акту №63 Берестовицкой районной Чрезвычайной государственной комиссии об убийстве и угоне на принудительные работы населения немецкими оккупантами от 30 октября 1944 года, «… за время оккупации с июня 1941 года по июль 1944 года немецко-фашистские захватчики на территории района чинили следующие злодеяния: расстреляли, повесили и замучили мирного, ни в чем не винного населения в количестве 634 человек, в том числе женщин – 111, детей – 219 человек; по национальности уничтожено еврейского населения – 411 человек, белорусов, русских и поляков – 223 человека. Насильно вывезли на каторжные работы в Германию мирного населения 1264 человека, в том числе 548 женщин.

За время оккупации все еврейское население было вывезено на территорию Польши, ст. Малкиня, где были сожжены в электропечах.

Белорусское, русское и польское население расстреливали, вешали и мучили в гарнизонах Голынки, Малой Берестовицы и Большой Берестовицы.

По Голынковскому гарнизону производили расстрел следующие руководители немецко-фашистских оккупантов: 1) комендант гарнизона Кнобиль; 2) пом. коменданта гарнизона Гавар; 3) [пом. коменданта гарнизона] Шмидт; 4) [пом. коменданта гарнизона] Герман; 5) полицейские: Семеняко и Гедич.

По гарнизону Большая Берестовица: 1) амсткомиссар Линденман; 2) земельный комиссар Кискель; 3) комендант жандармерии Кригер. О чем и составили настоящий акт.

Члены комиссии по ущербу и зверствам, нанесенным немецко-фашистскими захватчиками в период оккупации Берестовицкого района, в составе: председатель комиссии Блинов Д.А., секретарь РК КП (б); секретарь комиссии Желудов Н. Г., секретарь райисполкома; члены – Мирошниченко И.М., зам. начальника РО НКГБ; Лихута Н.И., зав. райфинотделом; Зябкова З.К., инспектор районо.»

Деревню сожгли дотла

Из протокола №178 допроса свидетеля А.И. Курило о сож­жении немецкими войсками
д. Генюши Берестовицкого рай­она от 24 июня 1947 года.

ВОПРОС: «В каком направлении и на каком расстоянии от гор. Крынки находится ваша деревня Генюши и за что она была немцами и когда сожжена?»

ОТВЕТ: «Наша деревня Генюши расположена от гор. Крынки в восточном направлении на расстоянии 4 км. Сожжена она была немцами во время отступления немцев без всяких на то причин, только потому, что им приходилось ее оставлять. Это было в июле месяце 1944 года, числа не помню».

ВОПРОС: «Расскажите подробно обстоятельства уничтожения вашей деревни и если знаете, то назовите, какая немецкая часть участвовала в сожжении».

ОТВЕТ: «Подробно я рассказать не могу, так как я в то время из дому убежал и скрывался, но, вернувшись, потом после их ухода, мне рассказали мои родители и другие уцелевшие граждане, что когда немцы не могли удержаться под напором советских войск, то выгнали прямо под орудийный огонь мирных жителей рыть траншеи, а когда их и это спасти не могло, то начали заваливать разным мусором и камнями все колодцы с целью загрязнить воду перед наступающими советскими войсками. Потом начали сжигать дома, которые обливали бензином и поджигали, не давая гражданам забрать движимое имущество. Один старичок, который потом умер, по фамилии Курило Иосиф Фомич, имеющий 90 лет, начал просить немца не сжигать дома. Немец его ударил палкой по голове, и старик потерял сознание, немец работы своей не прекратил, а сжигал дома дальше, другой немец избил старушку и пытался бросить последнюю в горящий дом, но потом оставил. Оба старика после этого умерли. Деревню нашу сожгли дотла, скот и лошадей всех забрали и угнали с собой, местность всю заминировали.

Кроме нашей деревни, такая же участь постигла и дер. Поречье, в этом же секторе; что касается сопротивления, то никто из мирных жителей им никакого сопротивления не делал, они сожгли только в целях наставления. В сожжении нашей деревни участвовала рота немецких солдат, но какая именно часть, то никто не знает, так как в деревне большинство остались только старики и дети, а молодежь пряталась от угона в Германию. Других деревень они сжечь в Берестовицком районе не успели…»

Первые дни мирной жизни

Из воспоминаний Блинова Даниила Ананьевича, бывшего первого секретаря Берестовицкого райкома КПБ, работавшего с 1944 по 1952 год. В 1940-1941 годах Блинов работал вторым секретарем Крынковского райкома партии.

«… 23 июля 1944 года был освобожден город Крынки, который до войны был центром района, в состав которого входили все населенные пункты нынешнего Берестовицкого района. Вместе с частями Красной Армии в тот же день я прибыл в г. Крынки, куда был послан ЦК КПБ первым секретарем райкома. Вместе со мною прибыли третий секретарь райкома партии Медведева Н.Ф. и начальник районного отдела НКВД т. Фролов, военком и прокурор (фамилий их, к сожалению, не помню). Через несколько дней в район прибыл председатель рай­исполкома Александр Гаврилович Шламанов – бывший командир партизанского отряда с группой бывших партизан в составе 18 человек.

Районный комитет партии и райисполком приступили к работе. Но через 25 дней после нашего прибытия г. Крынки отошел к Польше, и райком, райисполком и все районные организации переехали в местечко Большая Берестовица.

Центр Большой Берестовицы был разрушен, во всех свободных помещениях находился военный госпиталь, и райком разместился в сарае. Не буду описывать подробности о трудностях первых месяцев работы. Они были колоссальные.

Я связался с оставшимися в районе членами КПЗБ, которых знал до войны, и назначил их председателями сельских Советов. Всего их было одиннадцать человек. Это Козейко Иван, Козейко Михаил, Меленец, Поливко, Гижук, Лаврентьев и другие. Где лучше разместить центры сельских Советов, они подсказали сами. Было создано одиннадцать сельсоветов.

До войны в районе было организовано 12 колхозов, и, хотя они просуществовали несколько месяцев, все же это была некоторая база для восстановления и организации колхозов в районе. Райком партии и райисполком восстановили эти колхозы и стали организовывать новые.

К октябрю 1944 года госпиталь переместился из района. В освободившихся зданиях кое-как разместились учреждения, начала работать школа.

Обком партии выделил нам 4 трактора и 2 комбайна, 2 автомашины, и мы организовали МТС в местечке Малая Берестовица. Стали укреплять сельсоветы и колхозы».

Боролись с бандитизмом

Нормальной работе мешал бандитизм. Бандиты уничтожали коммунистов и беспартийных активистов.

22 октября 1944 года был убит участковый милиционер по Индурскому сельсовету Гродненского района, уроженец д. Конюхи Игнатий Степанович Майсевич. А через месяц, 24 ноября 1944 года, еще одно зверское убийство потрясло наш район. В д. Конюхи от рук бандитов погибли отец и мать участкового: Степан Остапович и Мария Майсевичи и его братья – Николай и Михаил.

В Глебовском сельском совете 18 июля 1945 года между деревнями Лапеневцы и Глебовичи после общего собрания крестьян в одной из деревень по вопросу о заготовке и вывозке лесоматериалов государству были убиты районный следователь Иосиф Константинович Лобан, начальник райкомхоза Николай Антонович Шульганович (захоронены у братской могилы по ул. Партизанской в Большой Берестовице), председатель Глебовского сельсовета, житель д. Одла Федор Иванович Рукша и крестьянин д. Лапеневцы Михаил Мартынович Шмаровский, изъявивший согласие поехать на лесозаготовки.

В августе 1945 года в д. Кулики от рук бандитов погиб местный житель, учитель Александр Викторович Толочко. В д. Тетеревка бандиты задержали наших военнослужащих, ограбили их.
Бандиты часто переходили границу, появлялись то в Польше, то у нас.

21 октября 1946 года при задержании банды во время попытки перейти государственную границу недалеко от деревни Бобровники погиб командир пограничного наряда Илья Нефедович Анохин.

Он был похоронен в расположении своей заставы. Для пограничников герой всегда являлся примером в бою и на службе. В Большой Берестовице именем Ильи Анохина названа улица.
Были и другие убийства. Но, несмотря на это, район ежегодно выполнял все планы и задания государства и был передовым в области.

***

Память о геноциде белорусского народа, о цене свободы - это не только дань уважения погибшим, но и важный урок для будущих поколений о ценности мира, человечности и недопустимости повторения подобных трагедий.

Светлана ГОНЧАРОВА

Фото из открытых источников