На северной окраине городского поселка Большая Берестовица
по улице Ленина расположен памятник Скорбящей матери и братская могила советских воинов. Здесь захоронены 127 воинов. Среди них генерал-майор Иван Прокофьевич Михайлин, заместитель командующего Западным особым военным округом, а также красноармеец Александр Кузнецов, место захоронения которого было найдено родственниками только через 70 лет.

Сражен осколком

Памятник Скорбящей матери представляет собой скульптуру женщины в трауре и суворовца, размещенных на постаменте в форме куба. Мемориал декорирован двумя стенками с барельефами. Перед памятником установлены четыре гранитные плиты с фамилиями погибших. Братская могила образована в 1957 году в результате перезахоронения погибших воинов и партизан в годы Великой Отечественной войны из братской могилы, ранее расположенной в деревне Олекшицы. Памятник поставлен в 1958 году.

Из 127 захороненных здесь воинов известны имена 90 человек, неизвестны – 37 человек.
Среди похороненных воинов – генерал-майор Иван Прокофьевич Михайлин, заместитель командующего Западным особым военным округом, который погиб на территории района в самом начале войны.

Генерал Иван Михайлин, помощник командующего Западного Белорусского особого военного округа по строительству укрепленных районов, встретил войну под Белостоком, где создавался Белостокский оборонительный узел. Находящиеся на строительстве инженерные части, а также стрелковые подразделения уже в первые часы военных действий заняли еще не подготовленные к обороне и не достроенные ДОТы и ДЗОТы и ограниченными силами отражали атаки гитлеровских захватчиков. На оборонявшиеся советские части враг обрушил всю мощь своей артиллерии. Налет за налетом совершала фашистская авиация, бомбя и обстреливая из пушек и пулеметов, уничтожая технику, людей, все живое.
По словам адъютанта Михайлина Е.И. Крицина, 22 июня Иван Прокофьевич, несмотря на царившую неразбериху, хаос, нехватку оружия, отсутствие связи с командованием округа, сумел организовать разрозненные воинские подразделения и отразить несколько атак врага. Бои продолжались до поздней ночи. Ночью оставшиеся в живых полторы сотни красноармейцев оставили позиции, вышли на рубеж Соколка-Крынки и закрепились юго-западнее Соколки, а 23 июня утром тут же вступили в бой.
В конце дня состоялась встреча Михайлина с заместителем командующего войсками Западного Особого военного округа генерал-лейтенантом Иваном Васильевичем Болдиным, который со своим штабом был в этих местах. Вот как об этом впоследствии писал И.В. Болдин в своей книге воспоминаний «Страницы жизни» (М., 1961 год): «…Как раз, когда я сидел в палатке, обуреваемый мрачными мыслями, меня разыскал помощник командующего войсками округа по строительству укрепленных районов генерал-майор И.П. Михайлин. Война застала его на одной из строек. С боями отступая вместе с войсками, он случайно узнал, где наш штаб и приехал на КП. Мы только начали беседовать, как над траншеями показались вражеские самолеты. Они сделали всего два захода, беспорядочно сбросили бомбы и улетели. Урон у нас небольшой, но среди убитых наш гость. Осколок сразил генерала Михайлина наповал. Его гибель особенно поразила меня нелепой случайностью. Это был замечательный человек, способный командир, чуткий товарищ. Всех знакомых он поражал своим неиссякаемым оптимизмом, жизнерадостностью».
Боевые друзья и товарищи были вынуждены захоронить своего командира у деревни Макаровцы. Ни в Берестовицком районе, ни в Макаровцах никто и не знал, что здесь покоится прах известного генерала.
Годы спустя
Через четырнадцать лет после гибели генерала Михайлина его сын Анатолий приступил к поиску захоронения своего отца. Было принято решение о проведении 29 сентября 1964 года раскопок в месте предполагаемой могилы генерала Михайлина. Но проведенные раскопки положительных результатов не дали. Тогда к поиску захоронения подключились партийные и военные органы Берестовицкого района, учителя и ученики Макаровской 8-летней школы. Долгие годы сыну Михайлина шли письма из Беларуси, в которых взрослые и дети писали о результатах поиска могилы генерала. И лишь спустя много лет с помощью работников военкомата, ветеранов войны, при активном участии учителей и учеников Макаровской школы было точно установлено место захоронения генерала Ивана Михайлина.
В марте 1975 года останки Ивана Михайлина были перезахоронены в Большой Берестовице у памятника Скорбящей матери.

Внук отыскал деда
Десять лет назад жителя города Москвы Виктора Степанова в Беларусь, точнее, в наш район привели долгие поиски захоронения деда. К радости всей семьи, могила погибшего солдата была найдена.
В январе 1945 года бабушка Виктора Степанова, Анна Ивановна, получила похоронку на мужа Алексея Федоровича Кузнецова, в которой говорилось, что «Алексей Федорович умер от ран 20 июля 1944 года и похоронен в д. им. Красина, Егленского района, Белостокской области». К трагедии от потери любимого мужа и опоры семьи, к состоянию безысходности и разом рухнувших надежд прибавилось еще одно гложущее чувство: невозможность посетить могилу погибшего, чтобы отдать дань его памяти, чтобы возложить цветы и чтобы просто знать, где нашел свой последний приют родной человек. Ведь место захоронения, указанное в похоронке отыскать не представлялось возможным. Здесь явно вкралась ошибка и чтобы понять, где же похоронен Алексей Федорович, родным Анны Ивановны, а в частности, ее внуку Виктору пришлось проделать огромную поисковую работу. Чувство долга перед погибшим дедом, перед бабушкиными переживаниями не остановили этого человека в поисках на полпути.

Долгие поиски места захоронения деда поначалу не давали никаких результатов. И все из-за ошибки в похоронке – это «деревня им. Красина» вместо имения Красники и Егленский район вместо Есменского (Эйсмонтовского) Белостокской области.
Действительно, очень долгое время о погибших на войне родственниках можно было узнать только сухие отчетные данные. Однако когда в интернет были выложены оцифрованные фонды Центрального архива Минобороны России, многое прояснилось. На сайте «Мемориал» стал доступен обобщенный банк данных с информацией о защитниках Отечества, погибших и пропавших без вести в период Великой Отечественной войны и послевоенный период. Появилась возможность узнать продвижение войск той или иной части, появилось много других документов, различных хозяйственных ведомостей, списков раненых и убитых.
Кропотливо изучая карты военных действий 323-й стрелковой дивизии 51-го армейского корпуса 3-й армии, где минометчиком служил дед, сверяя даты основных боев и дату его смерти, Виктор Степанов выяснил, что Алексей Федорович был смертельно ранен именно на Берестовитчине, в боях на линии Крынки–Грудок. В Красниках был медсанбат, всего пара палаток. В архиве был именной список сержантского и рядового состава дивизии, тех, кто умер от ран и от полученных на фронте болезней. В перечне имен значилась и фамилия Кузнецов. Там же указывалось и место захоронения – в Есменском районе возле деревни Красники. Так поиски сузились.
В 2014 году Виктор Иванович приезжал в деревню Красники и опрашивал местных жителей, а также жителей близлежащих деревень с надеждой узнать какие-либо подробности о тех далеких событиях. С помощью главного специалиста отдела идеологической работы и по делам молодежи Берестовицкого райисполкома Елены Хомич, в то время заместителя директора РУСП «Массоляны» Владимира Александровича Войтюка, жителей деревни Красники Татьяны Рыжко и ее сына Павла ему удалось найти в деревне Каеневцы местного жителя, который знал о тех боях и показал место, где под деревом похоронили умерших от ран солдат. Позже останки погибших были перезахоронены в братскую могилу в Большой Берестовице возле памятника Скорбящей Матери. Кстати, список из медсанбатовских учетных книг фамилий воинов, перезахороненных вместе с его дедом, Виктор Иванович также передал в райисполком. В дальнейшем, при реконструкции памятника, их нанесли на мемориальные плиты.

Подготовила Светлана ГОНЧАРОВА

Фото автора и из архива «БГ»